Иллюзии памяти и ложные воспоминания

Люди, услышавшие слово «разбились» вместо «ударились», впоследствии выше оценивали скорость машин в заснятой аварии. Среди них более чем вдвое больше людей утверждали, что видели осколки стекла, которых на самом деле не было.

Память не похожа на видеофайл, который просто воспроизводят. Каждый раз, вспоминая событие, ты восстанавливаешь его по частям, и при этом могут добавиться детали из других источников. Чаще всего это работает достаточно хорошо. Иногда же возникают воспоминания, которые кажутся яркими и несомненными, но оказываются ошибочными. В этом уроке ты познакомишься с основными экспериментальными результатами и проверишь на себе один из эффектов, прежде чем прочитаешь его объяснение.

Сначала попробуй

Прочитай слова один раз в ровном темпе, затем закрой и ответь на первые три вопроса внизу урока, прежде чем продолжить: кровать, отдых, бодрствование, усталый, сновидение, пробуждение, дремать, одеяло, задремать, спать, храп, дремота, покой, зевок, сонный.

Слова, которых не было в списке

Прочитанный список составлен по принципу исследования Генри Рёдигера и Кэтлин Макдермотт 1995 года, развивавшего метод Джеймса Диза. Каждое слово связано с одним отсутствующим: сон. В первом опыте со списками из 12 слов участники вспоминали отсутствующее слово после 40 процентов списков. Со списками из 15 слов во втором опыте доля выросла до 55 процентов. При последующей проверке узнавания отсутствующее слово называли почти так же часто, как настоящие, нередко с высокой уверенностью. Слова настолько сильно активируют общую ассоциацию, что ум позже принимает её за увиденное. Это парадигма DRM, по фамилиям Диза, Рёдигера и Макдермотт.

Наводящие вопросы

В 1974 году Элизабет Лофтус и Джон Палмер показали, как одно слово вопроса меняет память. Студенты смотрели фильмы об авариях; их спрашивали, с какой скоростью машины ехали, когда «разбились», «столкнулись», «стукнулись», «ударились» или «соприкоснулись». Слово «разбились» давало самые высокие оценки. Через неделю эта группа более чем вдвое чаще сообщала об осколках, хотя их не было. Лофтус назвала это эффектом дезинформации: информация, полученная после события, может менять память о самом событии. Её работа изменила опрос свидетелей полицией. Сейчас широко рекомендуют нейтральные вопросы и слепое фотоопознание, когда проводящий его сотрудник не знает, кто из показанных людей является подозреваемым.

Семь ошибок памяти

Дэниел Шектер (2001) разделил повседневные сбои памяти на семь «грехов», объединённых в три группы. Забывание: преходящесть (угасание со временем), рассеянность (изначальное невнимание) и блокирование (состояние «вертится на языке»). Искажение: ошибочная атрибуция (неверное определение источника), внушаемость (усвоение вводящей в заблуждение информации от других) и предвзятость (нынешние убеждения меняют воспоминания о прошлом). Вторжение: навязчивость (нежелательные воспоминания, которые постоянно возвращаются). Мысль Шектера в том, что всё это побочные эффекты системы, которая обычно полезна. Например, заполнение пробелов наиболее вероятными деталями делает возможной иллюзию DRM, но также позволяет понять фразу, которую ты расслышал лишь наполовину.

Воспроизводятся ли эти результаты? Эффект DRM относится к самым надёжным в исследованиях памяти и многократно воспроизводился с использованием опубликованных нормативных данных о словах. У более ранних классических исследований путь был сложнее. В исследовании Фредерика Бартлетта 1932 года пересказываемые истории всё больше приближались к культуре рассказчика. Попытки воспроизвести этот результат оставались безуспешными, пока Бергман и Рёдигер не воспроизвели основной вывод в 1999 году. Отчасти трудности объяснялись тем, что Бартлетт не записал точные инструкции. Для учащегося отсюда следует урок: уверенность не является доказательством. Когда занимаешься, сверяй ответы с источником, а сильное чувство знания воспринимай как то, что ещё нужно проверить.